Сможет ли новый предправления ПФР сделать его работу прозрачной.

Экс-министр труда Максим Топилин возглавил Пенсионный фонд. 23 января соответствующее распоряжение премьера Михаила Мишустина было опубликовано на сайте правительства. До Топилина председателем ПФР был Антон Дроздов — он стал замминистра финансов.

Топилин, напомним, возглавлял Министерство труда и социальной защиты с 2012 года. Его уход связывают с критикой президента Владимира Путина по поводу неудовлетворительных темпов реализации нацпроектов.

Но что характерно — экс-министр, отвечающий за рост благосостояния россиян, и фактически заваливший дело (по данным Росстата, только в октябре 2019 года впервые после пятилетнего снижения реальные располагаемые доходы россиян выросли — на 3% в годовом выражении), остался «в обойме».

Возможно, разгадка в том, что именно при Топилине в России была утверждена пенсионная реформа. И как раз экс-министр с пеной у рта доказывал, как жизненно необходимо повысить пенсионный возраст.

В августе 2018-го, на парламентских слушаниях в Госдуме, он убеждал, что в ближайшие годы будет сокращаться число выходящих на рынок труда граждан. Это якобы создает «окно возможностей» для повышения пенсионного возраста, и другой шанс для проведения пенсионной реформы может представиться только через 20 лет.

По его словам, с 2019 года пенсии неработающим пенсионерам должны были увеличиться на 1000 рублей в месяц, а к 2024 году достигнуть 20 000 рублей. Сэкономленные за счет повышения пенсионного возраста 3 трлн. рублей, говорил тогда Топилин, в следующие шесть лет пойдут на повышение пенсий неработающим пенсионерам.

Во что эти обещания вылились на практике — всем известно: в мизерные прибавки к пенсиям неработающим пенсионерам, 1 трлн. рублей профицита бюджета, и повальную безработицу среди предпенсионеров.

В свете сказанного назначение Топилина главой ПФР воспринимается как открытое издевательство. Да, в Пенсионном фонде бардак — 22 января Следственный комитет раскрыл подробности уголовного дела, расследуемого в отношении управляющего отделением ПФ Красноярского края Дениса Майбороды. Правоохранители заподозрили его в получении 10-процентного «отката» за обеспечение победы коммерческой фирмы в аукционе на право заключения госконтракта на покупку нового здания ПФР по максимальной стоимости 130 млн. рублей. Суд отправил Майбороду на месяц в СИЗО, а всем в очередной раз стало ясно: в ПФР нужно наводить порядок.

И остается только один вопрос: неужели не нашлось никого, кроме Топилина, кто мог бы этим заняться? Почему Топилина, раздражающего граждан своими высказываниями по поводу повышения пенсионного возраста, не убрали из пенсионной сферы?

— Топилин карьерный чиновник, а не политик — таких чиновников не убирают без веских оснований, — отмечает доктор экономических наук, независимый эксперт по социальной политике Андрей Гудков. — Топилин к тому же ведет «родословную» из аппарата правительства. В начале 2000-х он был помощником Валентины Матвиенко, которая занимала тогда пост вице-премьера. Добавлю, что Матвиенко считалась креатурой Евгения Примакова, а Примаков — это СВР, представитель силовиков, а не либералов.

Конечно, к Топилину можно относиться как угодно. Но он, в отличие от Антона Дроздова, является не финансистом, а социальщиком — и очень квалифицированным. Так что в Пенсионный фонд его перевели именно как профессионала, который четко и недвусмысленно выполнял то, на что его ориентировали.

— То есть, воплощал в жизнь пенсионную реформу?

— Топилин был техническим министром, а теперь станет техническим председателем правления фонда. Но здесь самый любопытный момент.

Правление ПФР имеет сейчас на деятельность фонда минимальное воздействие. Скажем, в правлении Фонда социального страхования хорошо представлены и работодатели, и профсоюзы — в ПФР этого и близко нет. Поэтому я надеюсь, что приход туда Топилина — который все же и создал Общественный совет при Минтруда, и хорошо представляет себе принцип трехстороннего партнерства, — привнесет общественные начала в деятельность Пенсионного фонда.

Это было бы очень желательно. О делах внутри ПФР хотят самые разные слухи — например, об имуществе фонда. Замечу, Пенсионный фонд — очень большая и сложная организация, которая выполняет много функций. Достаточно сказать, что в нем работает около 300 тысяч человек.

Так вот, является ли имущество ПФР достаточным, позволяет ли оптимальным образом выполнять фонду функции, или же имущества в избытке — это все темные вопросы. Как раз их было бы хорошо обсудить именно на правлении, тремя сторонами — профсоюзами, работодателями и представителями государства.

— Можно ли сказать, что Пенсионный фонд нуждается в кардинальных переменах?

— Это опять же вопрос для дискуссии между социальными партнерами и наукой. Я сам не раз вносил предложения на этот счет, и все они были положены под сукно.

Главное проблема — внутри Пенсионного фонда есть огромная система персонального учета. По логике, она должна превратиться в единый государственный банк социальной информации. В эту базу должна быть добавлена информация из других систем социального учета, ядро ее должно быть выстроено на основе отдельной государственной службы, и финансироваться такая служба должна государством, а не из средств пенсионеров.

Еще раз подчеркну: сбор, обработка и развитие системы социальной информации — это функция государства, а не социальных фондов. Фонды должны заниматься своими прямым обязанностями — страхованием. И если ПФР выполняет и другие функции по социальному обеспечению, порученные ему государством, они должны отдельно учитываться в бюджете РФ.

Потому что сейчас регулярно возникают подозрения, что все это делается за счет пенсионеров. А это недопустимо. Ну, не должен застрахованный по старости оплачивать труд работников, занимающихся проблемами, например, начисления и выплаты материнского капитала.

— Топилин знает об этих проблемах?

— Прекрасно знает. Более того, не исключаю, ему дадут возможность навести порядок именно на этом направлении. Потому что вещи эти вроде бы технические, но давно назревшие и даже перезревшие. Решать их — это политика ближнего прицела, техническая политика. Но от этого она не становится менее важной.

Еще обращу внимание: поскольку Топилин 20 лет с лишним сидит в социальной тематике, он очень хорошо знает кадры — кто чего стоит. В отличие, кстати, от Дроздова, который финансист и знает совершенно другой круг людей.

Можно надеяться поэтому, что Топилин укрепит профессиональный состав Пенсионного фонда. Это очень важно, ведь ПФР по размерам — самая большая организация РФ: бюджет фонда, по самым скромным оценкам, превышает 3 трлн. рублей.

— Топилин не совершил каких-то тяжких прегрешений, и остается «в обойме», — считает декан факультета социологии и политологии финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов. — Да, он ушел на второстепенную позицию — но продолжает числиться в кадровом резерве Владимира Путина. С аппаратной точки зрения, смещение Топилина с министерского поста вполне оправдано, чтобы лишний раз не дразнить оппозицию, особенно в период транзита власти.

Что же касается политики Топилина на посту главы ПФР, думаю, каких-то серьезных изменений не будет. Пенсионный фонд — важная структура, но она полностью зависит от позиции руководства страны, и выполняет только технические функции.

Наша справка

Андрей Гудков — создатель Telegram-канала «Россия. Социальная несправедливость» (Social inadequacy)

В 1974 году окончил экономический факультет МГУ. Преподавал в Академии труда и социальных отношений. Последнее место работы — замруководителя департамента социального развития Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР).

0

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ

Войти с помощью: 
Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя